Платформа «Самоопределение Народов России» (Национально-Республиканская Платформа)

Содержание:

1. Предисловие: платформа «СОНР» — Национально-Республиканская Платформа

2. Исторические основания

3. Республиканизм и федерализм

4. Соединенные Государства России и новый Федеративный договор

5. Учредительное собрание и Временное правительство

6. Народы России и «русский вопрос»

7. Права народов

8. Соединенные Нации России или Российская Нация Наций

Более, чем за 20 лет правления Владимира Путина в России фактически упразднены и превращены в фикцию права человека и гражданина, гарантированные ее Конституцией. Их возвращение и гарантирование является первоочередной задачей российского общества, в чем единодушна вся настоящая оппозиция.

Однако помимо индивидуальных прав за годы правления Владимира Путина фактически упразднены как коллективные права граждан (свобода деятельности СМИ, партий, общественных и религиозных объединений, профсоюзов и т.п.), но и права естественным образом существующих народов и регионов страны. Но хотя без их определения и невозможно развитие такой страны как Россия, по этим вопросам существуют принципиальные разногласия даже внутри настоящей оппозиции.

Настоящая платформа Самоопределения Народов России, также являющаяся Национально-Республиканской Платформой, определяет принципиальные взгляды ее сторонников на указанные вопросы.

Исторические основания

Последний век на территории России фактически противостоят друг другу два государства.

Первое — это Империя как форма господства правящего самодержавия (абсолютизма), опирающегося на его верноподданный народ, посредством которого она завоевывает и держит в повиновении другие народы. Это государство существует на протяжении многих веков и воспроизводится, несмотря на смену названий, столиц и идеологий, из-за чего обычно называется «исторической Россией».

Второе — это Новая Россия, запрос на которую появляется в конце XIX века у политических идеологов и партий как русского народа, так и других ее народов, связывающих с ним свою судьбу, а его первые проявления можно увидеть уже в народных восстаниях XVIII века. Эта Новая Россия виделась им не как империя, в которой власть правит главным народом и с его помощью народами подчиненными, а как Республика, где власть формируется гражданами, и  Федерация — свободный союз народов и земель.

Учредительное собрание, созванное в результате антисамодержавной и антиимперской Февральской революции, провозгласило следующее: «Именем народов, государство Российское составляющих, Всероссийское учредительное собрание постановляет: «Государство Российское провозглашается Российской Демократической Федеративной Республикой, объединяющей в неразрывном союзе народы и области, в установленных федеральной конституцией пределах, суверенные». В этом оно опиралось на реальность национального пробуждения народов на «окраинах» бывшей Империи, включая создание к тому моменту ряда национальных автономий. Таким образом, создателями национальных автономий и республик на обломках Российской империи были не большевики, как сегодня пытаются доказать поборники «исторической России», а национальные движения, большинство из которых стояло на антибольшевистских позициях и восприняло разгон большевиками Учредительного собрания и установление ими партийной диктатуры под видом власти советов как переворот.

Идеологи и лидеры большевиков не были патриотами «исторической России», однако, фактически взяли курс на ее восстановление, рассматривая ее как базу мирового коммунистического проекта. Это и обусловило двойственный характер государственности Советской России и СССР, показанный в книге А.Авторханова «Империя Кремля: советский тип колониализма». Если предшествовавшая им Российская империя была самодержавной империей и официально, и фактически, то новое государство, официально декларировавшее себя республикой и федерацией, фактически стало обновленной формой абсолютизма и империи.

Тем не менее, эта новая империя была вынуждена терпеть декорации республиканизма и федерализма, поддерживая иллюзию их наличия и имитируя их формы. Так она подошла к своему концу, когда не удалась попытка Михаила Горбачева превратить тоталитарный Советский Союз в обновленный, демократический и конфедеративный Союз, и возникли новые, международно призванные постсоветские государства, включая Российскую Федерацию.

Образование Российской Федерации фактически наследовало духу Февраля 1917 года и могло рассматриваться как вторая попытка создания Новой России на принципах республиканизма и федерализма, провозглашенных Учредительным собранием. Однако с разгоном и расстрелом Верховного Совета в 1993 году и началом военного усмирения Чечни в 1994 году Борис Ельцин стал входить в амплуа нового самодержавного императора. С передачей же власти Владимиру Путину под аккомпанемент специально устроенной для этого второй чеченской войны, окончательно был взят курс на сворачивание строительства Новой России и превращение ее политических форм в декорацию для снова возрождаемой «исторической России».

На сегодняшний день восстановление имперского самодержавия практически полностью завершилось, а его представители в отличие от своих советских предшественников, которые были вынуждены их лицемерно признавать, уже открыто отрицают такие сохраняющиеся в Конституции элементы Новой России как право народов на самоопределение и наличие у них собственных республик. Более того, фактически провозглашаются цели восстановления Российской империи уже по отношению к международно признанным постсоветским государствам вроде Украины.

Как следствие, путинская Россия как агонизирующая форма «исторической России» снова подошла к порогу тех событий, за которыми последует крушение самодержавия и империи. Учитывая двукратный негативный опыт, главный исторический вопрос, который встанет на этот раз звучит так: сможет ли с третьей попытки утвердиться новая, то есть современная, республиканская и федеративная Россия, или же российская государственность по своей природе несовместима с такой трансформацией, и обречена кануть в лету, как ее исторические предшественники вроде Австрийской и Османской империй?

Республиканизм и федерализм

География, демография, а главное историческое наследие России как империи таковы, что она не может быть унитарной республикой, каковыми могут быть небольшие страны с развитой гражданственностью и правовой культурой. Республика в России имеет шансы утвердиться лишь во множественной форме, а именно в форме союза республик, то есть, федерации или конфедерации.

Двадцать одна республика, входящие сегодня в состав имитационной Российской Федерации (не считая Крыма), так же имеют имитационный характер и практически ни в одном случае не являются полноценными республиками. Из этого нередко делается вывод, что для развития подлинного федерализма они не представляют никакой ценности, и поэтому следует отказаться от них и строить федерацию в России по модели Соединенных Штатов Америки или Федеративной Республики Германии, состоящей из земель.

Однако «Соединенные Штаты Америки» — это архаичный перевод на русский The United States of America, которые по правилам современного русского языка должны переводиться как Соединенные Государства Америки. А земли (Land) в ФРГ это не административно-территориальные единицы, а исторические страны, одна из которых — Бавария и вовсе имеет статус Свободного Государства.

В России, в п.2 ст.5 ее нынешней Конституции республики также названы государствами в отличие от краев и областей, которым этот статус не предоставлен несмотря на положение п.1 той же статьи о равенстве субъектов федерации. В реальности ни о какой республиканской государственности сегодня говорить не приходится (частично за исключением Чечни, где она впрочем абсолютно не республиканская), а фактический политический вес руководства тех или иных регионов определяется отнюдь не их формальным статусом. Однако если говорить не о существующем фактическом положении дел, а о том, что в полноценной федерации оно должно определяться ее конституцией, возможны лишь два способа устранения этой асимметрии субъектов федерации.

Первый способ — это упразднение республик и/или лишение их статуса государств и таким образом их выравнивание в «правах» с другими субъектами федерации. Несмотря на то, что часть выступающих за это считает себя федералистами, это исключительно имперский и унитаристский ход мысли, потому что им предлагается понижение наивысшего конституционного уровня субъектов федерации до уровня нижестоящих субъектов федерации. А значит, предлагается не максимизация, а минимизация федерализма.

Второй способ, напротив, является подлинно федералистским и заключается в предоставления всем субъектам федерации наивысшего конституционного статуса внутри нее — статуса (федеральных) государств. Так как в редкие моменты исторического обновления страны республики выражали в себе республиканский по своему характеру принцип национального суверенитета, они воспринимались как высшая форма его воплощения внутри федерации. У регионов, не имеющих этого статуса, стремление к его повышению внутри федерации зачастую сопровождалось желанием назваться республикой, как это было с инициативами создания Уральской, Дальневосточной, Балтийской и других республик на месте нынешних областей и краев. Поэтому для обеспечения симметричного федерализма было бы оптимально предоставить статус республик наряду с существующими национальными республиками и другим субъектам федерации, на основе которых могли бы возникнуть новые республики. При этом если границы существующих республик как форм самоопределения их титульных народов должны рассматриваться как незыблемые, то республики, возникающие из других субъектов федерации, могут создаваться их межрегиональными ассоциациями.

В таком случае можно было бы говорить о Российской Федерации как Соединенных Государствах России или Соединенных Республиках России (вариант, возможно параллельно употребляемый — Северной Евразии). Но так как конституционный статус более принципиален, чем название, признавая за субъектами федерации право самостоятельно выбирать последнее, необходимо им всем, вне зависимости от названия, предоставить равный конституционный статус — (федеральных) государств.

Соединенные Государства России и новый Федеративный договор

В непродолжительный промежуток становления Новой России как федерации наряду с Конституцией и даже прежде нынешней конституции другой конституционной основой для этого стал Федеративный договор, заключенный 31 марта 1992 года. Наряду с ним также было заключено несколько двусторонних договоров, такие как договор с Татарстаном 15 февраля 1994 года и с Башкортостаном 3 августа 1994 года.

Само по себе заключение Федеративного договора было прорывом в деле строительства Новой России, поэтому неудивительно, что по мере возрождения «исторической России» он был отброшен, как впрочем и положения других ее основополагающих актов. Тем не менее, недостатком предыдущего Федеративного договора был его многоуровневый и запутанный характер, фактически позволивший Кремлю играть роль пусть ослабленного, но имперского центра.

Новый Федеративный договор, на котором может обновиться Российская Федерация, должен быть простым и понятным и заключаться между равноправными государствами/республиками, образующими посредством него федеративный (или конфедеративный) союз.

По этому договору властные полномочия должны делегироваться не сверху вниз, а снизу вверх. Таким образом, у федерального правительства должно быть ровно столько полномочий, сколько делегировано ему федеральными государствами — в сфере совместной обороны и охраны общих границ, совместной таможенной и эмиссионной политики, обслуживания совместной инфраструктуры, федерального гражданства. Полный перечень полномочий подлежит уточнению и является предметом переговоров.

Учредительное собрание и Временное правительство

И практически, и в силу исторической традиции для (вос)создания нового федерального республиканского государства (союза государств) потребуется Учредительное собрание.

Однако чтобы это государство было действительно федеративным, прежде учреждения новой федерации должны будут учредиться новые республики, представители который заключат между собой Федеративный договор как ту правовую основу, на которой соберется и продолжит свою деятельность Учредительное собрание с решающим правом голоса в нем представителей федеральных государств/республик.  

Понятно, что до этого момента должен будет существовать орган, наделенный полномочиями всероссийской административной власти. Однако такой орган должен восприниматься не как суверен (эта роль будет принадлежать Учредительному собранию), но как техническое Временное правительство, опирающееся на республиканские правительства и взаимодействующее с ними. Площадкой такого взаимодействия может стать временный Государственный Совет, стратегической целью которого будет подготовить подписание нового Федеративного договора и обеспечить проведение на его основе Учредительного собрания, которое примет остальные конституционные акты Новой России.

Народы России и «русский вопрос»

Один из принципиальных вопросов о будущем страны, который вызывает споры в российском обществе — быть ли ей многонациональным государством или русским национальным государством?

Что касается русского национального государства, то имперская Россия не может им быть по своей сути. Она может быть русским имперским государством, в котором русские являются не целью, а средством, и существуют для империи, а не наоборот, и более того, в котором русский определяется не как национальность, а как идеальный поданный империи.

Что касается многонационального государства, то надо понимать, что народы России не откажутся от своего признанного за ними пусть и номинально в XX веке права на национальное самоопределение, и будут стремиться реализовать его либо внутри нее, либо же, если она станет отрицать это их право — уже вне ее.

Однако прежде, чем дать ответ на вопрос о соотношении права на самоопределение русского народа и других народов России, надо определиться с тем, что такое народы России и чем они отличаются от национальных меньшинств. До 23 июля 2010 года первое понятие содержалось в законе «О государственной политике Российской Федерации в отношении соотечественников за рубежом» как «национальности Российской Федерации», под которыми подразумевались «национальности людей, основные территории расселения которых находятся в Российской Федерации». Затем это понятие из российского законодательства было изъято, а сейчас Кремль начал уже процесс выхода из Конвенции об обеспечении прав лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам. При этом в шовинизме и нацизме обвиняются власти Украины, в которой напротив конституционно определены категории украинского народа, коренных народов Украины и национальных меньшинств.

По духу международного права народами России являются те народы, что реализуют свое право на самоопределение внутри нее в той или иной форме, в то время как народы, реализовавшие это право или имеющие его на своих исторических территориях за ее пределами, должны рассматриваться как национальные меньшинства. Кроме того, внутри народов России следует отдельно выделять категорию малых коренных народов — той их разновидности, которая на своих исконных землях превратилась в меньшинство и нуждается в особой защите, без которой не сможет самостоятельно выжить. 

Преимуществом нашей ситуации является то, что в течение XX века фактически произошел процесс национального самоопределения народов на конкретных территориях, получивших соответствующий национально-территориальный статус внутри России. Во многих странах мира этот процесс происходил на месте бывших империй посредством их разрыва на полностью независимые государства с этническими чистками и гомогенизацией населения. Не смог избежать этого разделения и Советский Союз, который возник почти что в границах бывшей Российской Империи. Не стоит лукавить, отрицая тот факт, что большие, чем у СССР шансы на сохранение государственного единства в границах Российской Федерации обуславливаются как преобладанием в ней территории краев и областей с русским большинством, так и значительным присутствием русских в большинстве существующих национальных республик.

Тем не менее, это преобладание русских в России, будучи абсолютным в демографическом отношении, является относительным в политическом отношении, так как ограничивается правом других народов России на самоопределение. И эта двоякая ситуация требует отказа от односложных формулировок вроде «государствообразующий народ» в пользу более взвешенных вроде наделения государствообразующим статусом союза русского народа и других народов России с выстраиванием сбалансированной системы взаимоотношений между ними. При этом следует отметить, что русские должны пониматься именно как один из народов, соответствующий тому, что в Российской империи определялось как «великорусская народность», а не как имперская конструкция, в которую включаются украинцы, белорусы и другие народы.

Права народов

Дилемма «многонациональное государство или русское национальное государство» является неразрешимой в рамках одного унитарного государства, но эти альтернативы не являются взаимоисключающими, если понимать Россию как союз федеральных государств. В таком случае особый государствообразующий статус как титульных народов нынешних национальных республик, так и русского народа в будущих русских республиках может быть определен на уровне соответствующих федеральных государств (как это сделано в уставах Владимирской области и Краснодарского края).

Вместе с тем, надо понимать, что во многих случаях при наличии в федеральном государстве республикообразующего народа в нем помимо него в значительном количестве могут проживать представители другого народа России или нескольких таковых. В таких случаях не отрицая права на самоопределение титульного народа, важно гарантировать права всех подобных народов, включая их право на этнокультурную автономию и политическое представительство в органах власти соответствующей республики, обеспеченное соответствующими институтами.

Все народы России, особенно в республиках, в которых у них есть особый статус, должны иметь право на сохранение и развитие своих культуры и полного цикла образовательной инфраструктуры, от детских садов до высших учебных заведений. Представители всех народов России, постоянно проживающие за рубежом и не имеющие ее федерального гражданства, должны иметь право на его получение и репатриацию в соответствующую республику России.

Национальные меньшинства в России должны быть защищены по самым высоким стандартам международных конвенций об их правах, в которые России необходимо вернуться.

Соединенные Нации России или Российская Нация Наций

Республики России смогут соответствовать своему статусу, только если их граждане без различия национальностей сумеют образовать их политические (гражданские, республиканские) нации или народы, связывающие с ними свои интересы и готовые их отстаивать. Этому должно способствовать и развитие в них института собственного республиканского гражданства в рамках гражданства федерального (гражданин республики по определению является и гражданином федерации).

Формула, объединяющая разные народы и нации России в одно сообщество, уже указана в ее нынешней Конституции — «Многонациональный народ России». Если говорить о российской нации, к созданию которой часто призывают, то она не может рассматриваться как альтернатива исторически сложившейся и неизбежной для страны в ее существующих границах многонациональности, но только как Российская Нация Наций.

Сами же Соединенные Государства России должны рассматриваться в таком случае и как Соединенные Нации России, где под нациями понимаются политические сообщества граждан соответствующих федеральных государств. Задачей российской политики должно быть их объединение в Нацию Наций не посредством уничтожения вторых в первой, а с помощью создания привлекательного общего пространства участия и развития — каждого гражданина, федерального государства и народа России.